Мигрант из Таджикистана подъехал к чемпионке мира по самбо в Челябинске и заявил: «у нас так не ходят». Он не знал, кому именно это сказал

Обычный день, обычный двор, необычная встреча

21 апреля 2024 года. Челябинск. Жара под тридцать градусов. Две девушки на велосипедах — в шортах и майках, как и половина города в такой день — катались по двору жилого дома. Обычная картина. Обычный южноуральский весенний день.

Серая иномарка — Hyundai Solaris — несётся прямо на них.

Девушки перестраиваются, пропускают. Машина подрезает. Останавливается. Из-за руля выходит молодой человек. Невысокий. С сильным акцентом. И начинает орать.

«Ты девочка или мальчик?» — спрашивает он. «У нас так не ходят». «Вас надо давить таких». И — самое поразительное — «У меня вообще прав нет, мне ваш закон не писан, езжу как хочу».

Водителя зовут Исломиддин. 24 года. Гражданин Таджикистана. В Челябинске всего месяц — приехал в марте на заработки. Машина не его — принадлежит его 40-летнему брату, местному жителю. Исломиддин ездит на ней без прав, без страховки и, как выяснится позже — с фиктивной регистрацией.

Прохожий пытается заступиться за девушек. Предлагает Исломиддину извиниться. Ответ: «У нас такого нет, чтобы перед девушкой извиняться».

Камера телефона включается — и таджик резко меняется. Из агрессивного «дикаря», как потом скажет одна из девушек, превращается в улыбчивого, но всё равно нагловатого парня. Камера выключается — снова летит вперёд. Пытается уехать. Разворачивается через двойную сплошную.

И вот тут — поворот. Потому что одна из девушек на велосипедах — не просто «девочка в шортах».

Кому именно он это сказал

Ирине Алексеевой 33 года. Она — мастер спорта России международного класса.

Чемпионка мира по самбо. Обладательница Кубка мира по самбо. Призёр чемпионатов России по дзюдо. Призёр Универсиады 2013 года. Действующий боец UFC — сильнейшей лиги смешанных единоборств в мире.

Исломиддин этого не знал. Он увидел девушку в шортах и маечке на велосипеде — и решил, что это его личное дело, как она должна выглядеть. Решил, что имеет право подъехать, подрезать, оскорбить, наехать машиной. Потому что «у нас так не ходят».

Только вот «у нас» — это в Душанбе. А в Челябинске — другие правила. И девушка, на которую он наорал, могла бы одним броском положить его на асфальт. Но не сделала этого — потому что профессиональным спортсменам нельзя драться на улице. Только в целях самообороны.

Ирина потом скажет: «Я стояла и дрожала. Не от страха — от стресса. Руки марать о него не хотела».

Откуда такая уверенность

Вот тут начинается самое важное. Я задаю себе вопрос: откуда у 24-летнего парня из Таджикистана, приехавшего в Россию месяц назад, такая абсолютная уверенность, что ему всё можно?

Ответ — в среде, из которой он вышел. В Таджикистане отношение к женщинам — это не просто «традиции». Это система. Система, в которой женщина подчинена мужчине во всём.

В 2018 году правительство Таджикистана выпустило 367-страничную «Книгу рекомендуемых нарядов». Да, целую книгу — о том, как должны одеваться женщины. В 2024 году приняли «Закон о традициях», запрещающий носить одежду, «чуждую национальной культуре». Штрафы — от 750 до 6000 долларов. Джинсы, короткие юбки, открытые руки — под запретом.

Около 30% женщин в Таджикистане обязаны отдавать заработанные деньги мужу или свекрови. Женщина не может самостоятельно планировать досуг. Не может спорить. Не может выйти из дома без разрешения. На семейных праздниках мужчины и женщины сидят отдельно — женщины подают еду и наливают чай.

Исломиддин вырос в этой системе. Для него женщина в шортах — это не просто «необычно». Это оскорбление. Это нарушение порядка вещей. И он — мужчина, ему решать. Емеет право подрезать, наорать, унизить. Потому что так принято «у них».

Проблема в том, что он приехал не «к ним». Он приехал в Россию. В страну, где женщины ходят в шортах в тридцатиградусную жару. Катаются на велосипедах. Занимаются спортом. Выигрывают мировые чемпионаты. И не обязаны спрашивать разрешения у таджикского мигранта без прав.

Как его нашли и что было дальше

Ирина выложила видео в соцсети. И — на следующее утро, пока она даже не успела дойти до полиции, ей позвонили: задержали. Полиция отреагировала мгновенно. Видео разлетелось — и Исломиддина нашли в кратчайшие сроки.

В полиции он извинился. Запинаясь, выдавливая слова: «Я извиняюсь перед девушками города Челябинска за своё поведение. Больше такого не повторится». Ирина потом скажет: извинения были настолько неискренними, что даже полицейский сказал ему: «Чего улыбаешься? Извинись нормально». В глазах — ненависть. На девушек смотреть не мог.

Но извинения не помогли.

Тракторозаводский районный суд Челябинска признал Исломиддина виновным по части 1 статьи 18.8 КоАП РФ — нарушение иностранным гражданином правил въезда и режима пребывания в России. Штраф и выдворение. Принудительное, контролируемое перемещение через государственную границу.

Его привлекли и по другим статьям: незаконная работа, управление автомобилем без прав, без страховки. Все штрафы он оплатил. А 1 июня 2024 года был депортирован в Таджикистан.

Самолёт в Душанбе. Въезд в Россию закрыт.

А регистрация-то фиктивная

И вот тут — самое интересное. Когда начали копать, выяснилось: миграционная карта у Исломиддина липовая. Его кто-то фиктивно поставил на миграционный учёт — то есть зарегистрировал по адресу, где он не жил. И это сделала сотрудница миграционной службы Челябинска. За взятку.

Следственный комитет возбудил уголовное дело. Выясняется: скольких ещё нелегалов поставила на учёт эта сотрудница? Сколько людей прошли через её руки — и сколько из них потом выходили на улицы с документами, полученными за деньги?

Ирина Алексеева сказала об этом так: «Они какие-то непростые, со связями. Я надеюсь, что Следственный комитет вообще займется ими всеми».

Вот она — система. Человек приехал нелегально. Купил фиктивную регистрацию. Получил возможность работать. Ездил без прав на чужой машине. Оскорблял местных жительниц. Считал, что ему всё можно. Потому что — а что ему будет? Штраф? Заплатит. Выдворят? Вернётся. Регистрация липовая? Найдут кого-то, кто сделает новую.

И он был прав — частично. До поры до времени эта схема работала.

Почему государство терпело так долго

Инцидент произошёл в апреле 2024 года. Исломиддина депортировали в июне. Быстро? Да. Но сколько таких Исломиддинов было до него — и сколько будет после?

Только за 2024 год суды Челябинской области приняли решения о выдворении почти 800 иностранцев. Ещё 165 человек ожидали отправки в центре временного содержания. И это — один регион.

Проблема в том, что выдворение — это не приговор. Это временная мера. Через пять лет — если не было повторных нарушений — можно подать на снятие запрета. Вернуться. Купить новую регистрацию. Начать сначала.

До 2023 года не было закона, позволяющего лишить приобретённого гражданства за угрозу национальной безопасности. Если человек успел получить паспорт — всё. Не выдворишь. Не депортируешь. Гражданин. Суди его за конкретное преступление — а после отсидки возвращается и продолжает.

Закон приняли весной 2023-го. Федеральный закон номер 138. Статья 26: гражданство прекращается, если человек, приобретший его, совершил действия, создающие угрозу национальной безопасности. И — работает задним числом. Неважно, когда получил паспорт — хоть двадцать лет назад.

Исломиддин — иностранец. Ему не нужно было лишать гражданства. Его просто выдворили. Но если бы он успел получить паспорт? Если бы, скажем, через пять лет «обзавёлся» документами? Тогда до 2023 года — ничего нельзя было сделать. А теперь — можно. Паспорт на стол. Въезд закрыт. Навсегда.

И это хорошо. Потому что штраф в семь тысяч рублей — это не наказание. Это проездной билет. А вот выдворение — это уже язык, который понимают. А лишение гражданства — это язык, который понимают абсолютно.

Ирина Алексеева — кто она на самом деле

Чтобы понять, насколько нелеп и одновременно страшен этот случай нужно знать, кому именно Исломиддин решил прочитать лекцию о дресс коде.

Ирина Алексеева родилась в 1990 году в посёлке Жумыскер Казахской ССР. Мать умерла, когда Ирине было пять. Отец — когда десять. Воспитывали бабушка с дедушкой. В 14 лет переехала в Россию к дяде — и начала заниматься самбо и дзюдо.

Девочка, оставшаяся без родителей в десять лет, приехавшая в чужой город в четырнадцать — и ставшая чемпионкой мира. Золото чемпионата мира по самбо в японском Нарите в 2014 году. Золото Кубка мира в Москве в 2015-м. Серебро и бронза чемпионатов Европы. Контракт с UFC — главной лигой смешанных единоборств планеты.

Прозвище — «Русская Ронда». В честь Ронды Роузи, легендарной чемпионки UFC. Ирина — росла в нищете. До 14 лет ни разу не ела колбасу и сыр. «Я всегда выживу», — говорила она.

И вот эта женщина — чемпионка мира, боец UFC, человек, прошедший через детство без родителей и нищету — стоит во дворе челябинского дома и слушает, как 24-летний таджик без прав на чужой машине объясняет ей, что она «неправильно одета». Что «у них так не ходят». Что она — «русская свинья».

Он не знал, кому это говорит. Не догадывался. Потому что для него женщина в шортах — это не человек, заслуживающий уважения. Это объект, который нужно «проучить».

Что было бы, если бы не камера

Ирина призналась: «Когда он вышел из машины, было видно, что он хочет меня ударить. Но включилась камера — и он резко шаг сбавил». Камера выключалась — и он превращался в «ужасного дикаря».

Если бы не камера — что было бы? Драка? Нападение? Исломиддин без прав, на машине, преследует двух девушек на велосипедах. Один — выходит, орёт, пытается наехать. Они — на велосипедах. Он — за рулём тонны металла.

Хорошо, что Ирина — боец. Что смогла постоять за себя. Что включила камеру. Что видео разлетелось. Что полиция среагировала. Что суд вынес решение. Что депортировали.

А если бы на её месте была обычная девушка? Не чемпионка мира. Не боец UFC. Просто девчонка на велосипеде? Испугалась бы. Уехала. Не написала бы заявление. Не выложила видео. И Исломиддин остался бы — ездить без прав, оскорблять, подрезать, «учить жить». С липовой регистрацией. С ощущением полной безнаказанности.

Сколько таких Исломиддинов по городам? Сколько таких, кто «у нас так не ходят» говорит не на улице — а в очереди, в автобусе, в такси, в магазине? Кому камеру не включишь?

Извинения, которые ничего не значат

Исломиддин извинился. На камеру. Перед всеми девушками Челябинска. «Больше такого не повторится».

Но Ирина сказала: «Грош цена его извинению. Для меня важно, чтобы этого человека не было в нашей стране». Потому что извинения были вынужденными. Потому что он «резко забыл русский язык», когда извинялся. Потому что в глазах — ненависть, а не раскаяние.

Вот в чём проблема. Можно заставить человека извиниться. Нельзя заставить его изменить отношение. Если он вырос в среде, где женщина — подчинённое существо, где шорты — оскорбление, где перед девушкой извиняться — позор, — он не изменится от штрафа в семь тысяч. Он изменится только от одного — когда поймёт, что за такие взгляды и такое поведение не просто штрафуют. За это выдворяют. Закрывают въезд. Навсегда.

Исломиддина выдворили. Въезд закрыт. Он в Душанбе. Там девушки «так не ходят». Там ему не о чем волноваться.

## Хорошо, что инструмент появился

Будем честны. Раньше государство было беззубым в таких ситуациях. Мигрант нарушил — оштрафовали. Мигрант оскорбил — предупредили. Мигрант без прав — штраф. Мигрант без регистрации — новая регистрация за деньги. И всё продолжается.

Теперь — другой разговор. Для иностранцев — выдворение с запретом на въезд. Для тех, кто успел получить гражданство, — лишение паспорта по статье 26 федерального закона «О гражданстве РФ». И неважно, когда ты его получил.

Исломиддин не успел получить паспорт. Ему просто закрыли въезд. Но если бы успел — теперь забрали бы и паспорт. И это правильно. Потому что если ты приехал в чужую страну и начал устанав

ливать свои порядки — тебе не здесь. Тебе туда, где «у вас так не ходят». Чемодан. Самолёт. Въезд закрыт.

И точка.

источник

И зачем роман писать без конца повторяясь и удлинняя текст? Вполне достаточно десяти предложений - это происходит сплошь и рядом изо дня в день, благодаря криворукой миграционной системе и коррупции сверху до низу - вот что нужно искоренять, а не пытаться переделать тех, кто переделываться не хочет, не может и не будет.